Как 30-летний трейдер из Германии зарабатывает миллионы, торгуя российской нефтью: история успеха Кристофера Эппингера

30-летний нефтяной трейдер Кристофер Эппингер, по информации The Financial Times, за период с 2022 по 2025 год осуществил перепродажу нефти на сумму почти $2 миллиарда, получив чистую прибыль более $250 миллионов. Среди трейдеров, воспользовавшихся изменением мировых поставок нефти из России, он, вероятно, является самым молодым, так как начал заниматься этой деятельностью в возрасте 27 лет.

Эппингер родился в 1994 году в семье эмигрантов из СССР в небольшом городке недалеко от Гамбурга, где и получил образование в области бизнеса. В 21 год он прошел стажировку в «КазМунайГазе», а в 23 года, выполняя задание руководства трейдинговой компании Select Energy из Гамбурга, отправился в Казахстан для создания бизнеса по переработке нефти и получил управление активами в $1 миллион.

С началом войны западные компании, такие как BP и Shell, значительно сократили или полностью свернули свои операции в России. Вместо введения полного эмбарго Запад установил ценовой потолок, что сохранило часть экспортного потенциала России, но снизило ее доходы. Эппингер отмечает, что именно введение потолка дало возможность его бизнесу развиваться. «Если бы было полное эмбарго, я бы не занимался торговлей — это было бы незаконно», — утверждает он. Молодой трейдер подчеркивает, что все сделки его компании CE Energy соответствовали западным санкциям, а в феврале 2025 года он полностью прекратил торговлю российской нефтью. Его история демонстрирует, что санкции могут предоставить возможности для маневра при умелом подходе.

С 2021 года Эппингер начал работать в небольшом трейдинговом доме в Дубае, а также сотрудничал с нефтеперерабатывающим заводом Uniper в Фуджейре, который импортировал как африканскую нефть, так и российский малосернистый мазут. После начала конфликта в Украине Германия запретила Uniper работать с предыдущими российскими поставщиками, и Эппингер увидел возможность предложить альтернативные поставки — он начал экспортировать нефть небольшими партией через Mercantile & Maritime Group (M&M), на чем заработал свой первый миллион.

Ему не потребовались значительные средства. Большинство международных банков отказались проводить расчеты с Россией, и русские поставщики стали отпускать нефть в кредит. Это открыло возможности для небольших компаний, таких как CE Energy, которые могли контролировать многомиллионные объемы топлива без значительных оборотных средств, зарабатывая на посреднических операциях. Трейдер всегда находил выход из сложных ситуаций; однажды Uniper отказалась принять 98 тысяч тонн мазута, загруженного в России, сославшись на подозрения в его российском происхождении. Эппингер оказался должен своему поставщику около $100 миллионов. Судно простаивало, в то время как за его содержание ежедневно сжигались десятки тысяч долларов. Спасение сделки пришло только благодаря вмешательству юристов Latham & Watkins и их подготовленным документам о происхождении груза.

Эппингер осознал риски прямых поставок в Uniper и переключился на работу с дубайской компанией Tejarinaft, которая занималась поставками мазута после его «смешивания» в ОАЭ и обеспечивала сертификацией, признаваемой западными юристами. CE Energy реализовывала десятки тысяч тонн мазута клиентам, таким как Uniper и Vitol, которые получали смеси с российскими нефтепродуктами. Другие объемы классифицировались как произведенные или смешанные в ОАЭ, Китае или Малайзии. По словам юристов CE Energy, проверка происхождения не была обязательной, достаточно было сертификата, который принимал другой государственный орган.

С февраля 2023 года потолок цен на нефтепродукты стал новой нормой, и Эппингер утверждает, что каждый груз с российскими сертификатами CE Energy продавался строго ниже установленной границы — это фиксируется документами, предоставленными его юристами. Между 2022 и 2025 годом CE Energy продала 3,3 миллиона тонн нефти и нефтепродуктов клиентам из Нигерии, Испании, Багам, Китая, ОАЭ, Малайзии и Бразилии, в том числе российское дизельное топливо компании Raízen в Бразилии (совладельцем которой является американская Shell). Компания Vitol также получала от CE Energy сотни тысяч тонн мазута, часть из которых поступала непосредственно из российских портов.

На данный момент, бизнесом Эппингера является он сам и его телефонный контактный список. Он работает удаленно, имея лишь несколько сотрудников, а основной «офис» — это его iPhone. Он никогда не использует компьютер для работы — все сделки, споры с юристами и переговоры проходят через телефонные звонки. «Я просыпаюсь, бегу, звоню, кричу в лесу по телефону, обедаю, прыгаю в бассейн — и продолжаю работать. Это идеально», — так он описывает свою жизнь на вилле под Каннами, стоящей 14 миллионов евро, и подумывает о приобретении острова в Арабских Эмиратах.

Эппингер завершил свои бизнес-операции в начале 2025 года, когда администрация президента США Байдена объявила о санкциях против ряда трейдеров из Дубая. Это стало сигналом о том, что механизм ценового потолка больше не гарантирует безопасность. «Я не чувствую стыда, — говорит он. — Все было в рамках закона. Мой источник дохода — российская нефть, и я это не скрываю». В настоящее время он планирует получить кредитные линии и вывести свою компанию на новый уровень. «Я не торгую лучше трейдеров из Vitol, но я эффективнее использую свои связи», — подводит итог Эппингер.